Изгой

Юань Шу - крайне малопривлекательный литературный персонаж второго плана(а мы говорим об игре и литературном персонаже, а вовсе не о реальном историческом прототипе) Троецарствия Ло Гуань Чжуна, который сначала в качестве начальника снабжения в армии своего брата Юань Шао буквально спустя рукава отправляет свои обязанности и злоупотребляет своими полномочиями, а отложившись от семьи в отдельного политического актора, беспокоит своими действиями центральные провинции Хань, но, потерпев ряд поражений от Люй Бу и Лю Бэя, навсегда пропадает со страниц повествования. Волею судьбы к нему попадает нефритовая императорская печать с запаянным золотом обколотым уголком(что и помогло установить ее подлинность), именно она и послужила отправной точкой в истории этого человека, в его неудавшейся попытке стать императором.

Немного расскажем про эту печать. Дун Чжо, увозя императора в Чанань, могучую горную крепость, предал огню старую столицу Лоян. Были разграблены солдатами и сожжены вековые павильоны, храмы и усыпальницы, не говоря о жилищах сановников и богачей. Когда объединенная армия князей под предводительством Юань Шао встала лагерем на пепелище старой столицы, войска убрали камни и мусор, засыпали разрытые могилы. Воины доложили одному из князей - Сунь Цзяню, что со стороны бывшего дворца из колодца поднимается радужное сияние. Вскоре воины извлекли оттуда не тронутый временем труп неопознанной женщины, вероятно, придворной фрейлины, у которой в висевшей на груди богато украшенной шкатулке и находилась печать Ханьской династии. Позднее Сунь Цзянь будет вынужден вероломно поклясться своей жизнью перед лицом совета князей, что никакой печати он никогда не видел и не брал, а свидетельствовать против него будет тот самый воин, который первым заметил странный оптический эффект. После гибели Сунь Цзяня, печать попадет к его сыну Сунь Цэ, и тот, оказавшись в отчаянном положении, будет вынужден отдать ее Юань Шу под залог пяти сотен воинов и коней для продолжения междоусобицы.

Именно эта печать стала главным основанием притязаний младшего Юаня на императорский трон. Справедливости ради отметим, что окружающие, начиная его собственным братом Юань Шао, оценили всю эту затею отрицательно, а относившийся к нему с большой симпатией Сунь Цэ и вовсе стал личным врагом. Богатство и многолюдность захваченных им провинций не могли компенсировать неумелость военного и гражданского управления. Согласно строкам романа, уверенный в своей быстрой и легкой победе Юань Шу, в основном предавался праздному расточительству. Предание описывает его смерть так: оставшись без припасов, которые разграбили разбойники, последнюю еду он разделил поровну между воинами и своими домашними. И, сидя на своем ложе, он, как бы рассуждая вслух, сказал, что как бы хорошо было попить медовой воды. Повар в недоумении пробормотал что-то вроде: "Откуда же мне достать медовую воду, осталась только кровавая", после чего Юань Шу повалился на пол, кровь пошла у него горлом и он умер. Верные ему люди попытались переправить семью в соседнюю провинцию, но там их всех перебили люди Сюй Цю. Что ж, предлагаю вместе посмотреть, что мы можем сделать, чтобы не закончить за игрового персонажа так же, как закончил литературный.

Во-первых, внимательно посмотрим на карту. Мы вольны выбрать основной тактикой "наращивание земель" вокруг нашей стартовой провинции либо же миграцию в выгодный нам регион. Скажу честно, я неоднократно пытался пойти по интуитивно понятному первому пути. Но при переходе от мид-гейма в лейт нас сминают превосходящие силы империй, и, что еще страшнее - союзов. Младший Юань имеет очень слабую дипломатию и весьма сомнительные черты характера. Юань Шу заточен под диктат с позиции силы, что резко сужает круг потенциальных союзников. Ни семейство Сунь, ни семья Цао, не говоря о собственном родном брате, не могут рассматриваться в качестве надежных долговременных партнеров. Первые двое заберут себе весь восток и юг, Юань Шао и Гунсунь Цзань укрепятся на севере со своими вассалами. И если с У и Вэй договориться хотя бы на время еще можно, то вот альянс Юань Шао потребует напряжения всех сил. Они будут координироваться и вторгаться не по одной армии, а по три-четыре, волнами. С севера ударят разбойники, неуязвимые в своих горах, по реке будут приплывать бесчисленные подкрепления с востока. Кажется, нам остается один путь - по следам Лю Бэя из книги - то есть бежать по реке на запад, в кольцо неприступных гор в земли Лю Яня, и уже оттуда грозить хозяевам Срединной Равнины и покорять диких маньцев. К сожалению, по ряду причин это невозможно. Во-первых, и книжный и игровой Лю Бэй - отпрыск императорского рода и имеет гораздо лучшие отношения с Лю Бяо и Лю Янем, имея на порядок меньше проблем при их присоединении. Мы же будем вынуждены вести длительные военные кампании по захвату этих территорий, а наша военная машина будет постоянно наматывать на ось все новых врагов, пришедших на помощь семейству Лю, до того момента, пока сделав последний штатный оборот, не пойдет в разнос. Даже виртуозно громя превосходящие силы, ювелирно распределяя нагрузку на бюджет, невозможно "победить всех" в одиночку. Вступив в крупную войну с родовитым, опутанным сетью дипломатических отношений врагом, мы рискуем сначала отказаться от экономического развития, а затем и начать отступление в военном плане. Плохо снабжаемая армия медленно восстанавливается после понесенных потерь, лазутчики и диверсанты накладывают стакающиеся между собой дебаффы, которые вынуждают менять командующих и заново набирать войска(а это деньги и время). Еще одним бичом этого пути является чрезвычайно растянутые пути коммуникаций и линий снабжения. Даже не ведя войн с соседями, наша лоскутная империя долгое время будет похожа на вулканический архипелаг - штрихпунктирную кривую, извивающуюся между землями богатых и сильных княжеств. Чтобы беспрепятственно перемещаться из одной части государства в другую, придется платить немалые деньги для получения права прохода по чужой территории. А отношения могут испортиться и продлевать договор противоположная сторона может просто-напросто отказаться, а то и сама его разорвать до истечения срока. Словом, миграция на запад нам тоже заказана.

Единственным путем, не до конца для нас отрезанным, является северо-западное направление. Игра лукаво предостерегает нас от конфликта с всесильным ханьским временщиком Дун Чжо и формально имеет на то все основания. Рядом с нами находятся слабые по отдельности дома Лю Чуна и Лю Бяо, победив которые, мы можем получить обманчивое ощущение удовлетворенного тщеславия, внезапно освободятся огромные суммы на постройку крепостей и развитие городов. Но это - дымка, застящая нам, подобно книжному Юань Шу, глаза перспективами взрывного развития и ошеломительных военных побед. Над Поднебесной еще грянет гром сражений, и на поля битв устремятся многочисленные армии, а Юань Шу так и останется в эпохе мятежей и смут, когда армия считалась сильной, если может сама справиться с разнузданной толпой разбойников. Мы действительно можем добиться серьезных успехов, подчинив ближайшие земли, даже создав альянс княжеств между реками Янцзы и Хуанхэ. Но серьезного испытания эта конструкция увы, не выдерживает. Страшась глобальной войны, в стремлении любой ценой раздуть коалицию, мы начнем принимать в союз ненадежных членов, а конфликт в союзе всегда чреват его распадом с последующим переходом бывших друзей в стан врага; кроме того, с приемом новых членов, наш собственный вес в союзе неуклонно падает. Находясь в географическом центре Китая, мы уязвимы со всех сторон и не можем создать ни на одном фронте критического численного перевеса, способного переломить ход войны. Кроме того, мы буквально находимся и в эпицентре событий, и не сможем, в случае столкновения огромных коалиций, отсидеться "в углу". Мы уязвимы не только к внутренним проблемам, которые еще можем как-то самостоятельно исправить, мы также уязвимы перед лицом внешних факторов, повлиять на которые совсем не можем, или можем крайне ограниченно, что опять-таки, потребует расходов, скорее всего, огромных. Кризис доверия между союзниками всегда влечет репутационные потери и дипломатические штрафы, чем не преминут воспользоваться гораздо более сплоченные компьютерные коалиции. Я подвожу читателя к мысли о том, что война - это даже не средство. Это лишь статистическое отражение огромного множества факторов, в первую очередь стихийных, если угодно, объективных. То же, что мы под этим термином веками, а возможно тысячелетиями, по инерции понимаем - это дипломатия и политика, вещи сугубо субъективные и конъюнктурные. Люй Бу - величайший герой, несокрушимый обладатель дебильного подбородка и взгляда Клинта Иствуда, но это не помешало ему закончить жизнь, плененным и задушенным простой веревкой у подножия трона, а судьбу его решала уже битая и однажды опрометчиво спасенная им серая посредственность. Точно так же на полпути оборвался феерический жизненный путь Чжугэ Ляна, которого за достоинства современники прозвали Во Лун -"Спящий дракон" - бессменного чэн-сяна(канцлера) царства Шу. Одерживая блестящие победы малыми силами над полчищами врагов, неоднократно превосходя в хитрости самого Сыма И, гениального полководца царства Вэй, даже ему не удалось вернуть престол Поднебесной роду Лю, лишенному небесного Мандата. Поэтому, возвращая читателя к предыдущей мысли, следует понимать и различать "требования времени, волю Неба и желания людей".

Кстати о Люй Бу - нам-то он пригодится. Перво-наперво, заключаем пакт и, по возможности, союз с Лю Чуном и Лю Бяо, не трогаем их. Умиротворив родовую провинцию, собираем сильную армию и сразу отправляем ее на Чанъань через северо-западные земли. Обойдя столицу с юга, захватываем ее и императора. Дун Чжо в бешенстве брызжет слюной и грозит карами, но мы спокойно забираем себе всю провинцию и по возможности, восточные горные проходы, хотя бы ближайшие; идти на Лоян, тем более, если это руины, не надо, это сильно растянет нашу территрию, обязав держать в боевой готовности еще одну армию. Вышеназванные меры призваны сделать невозможным для врага застать гарнизон Чанани в расплох. Императора из долговременных соображений лучше перевести в стартовую провинцию - там от него можно будет избавиться, доведя до открытого конфликта с одним из соседей или братом просто через утрату провинции. Затем весь трай, без шуток, зависит от того, насколько быстро вы захватите северную сельскохозяйственную провинцию Аньдин. Ее нужно захватить всю, при этом не доводя Дун Чжо до отчаяния и банкротства, от него могут уйти отличные герои, которые нам самим пригодятся. Кроме того, он может пойти в вассалы к Юань Шао, а это нам нужно меньше всего - он должен стать нашим собственным вассалом. Словом, забираем житницу, делаем Дун Чжо вассалом и через время забираем его земли себе. Так как некоторые из его соратников привязаны к нему лично, а другие - по книжке и игре "злодеи", то большинство, если не все, с радостью продолжат свою службу у вас. После этого необходимо как можно скорее избавиться от двух угловых фракций - Ма Тэна и Хань Суя. Это положительные герои, а потому по дипломатическим соображениям у нас нету права на затяжную военную кампанию с осадами и сражениями. Первым делом необходимо отобрать северные пограничные провинции у "сюнну", тангутов(в игре - фракция "мародеры"). Затем, одним ударом уничтожить Хань Суя. Это несложно, тангуты не дадут ему развиться. И затем, концентрическими ударами в 5-6 ходов необходимо избавиться от Ма Тэна. Собственно, вуаля, мы закончили стратегические приготовления к лейту: северо-западный угол наш. Первым делом, необходимо распустить все армии, кроме той, что будет реагировать на актуальные угрозы, будь то разбойники или мятежники. И - главное - сформировать до четырех конных армий(один полководец и 6 отрядов в каждой), которые необходимо расквартировать в пограничных северных поселениях как усиление гарнизонов. В самом начале достаточно двух, но их количество необходимо как можно быстрее поднять до трех, а в перспективе, четырех. Это - гарантия от проблем на севере. Несмотря на относительную бедность этих провинций, их можно со временем привести в порядок и кроме того, они являются источником насыщения армии отличной конницей, что в лейте необходимо.

Итак, под наш контроль перешли огромные(и по большей части, бедные) земли, мы обезопасили их с севера, с востока нас защищает река, с юга подпирают горы, с запада - край карты. Главное в этой ситуации не обманываться в оценке собственных сил. Да, мы только что закончили смуту на огромной территории, но народ устал от войн, а соседи с интересом смотрят на этого выскочку Юань Шу, которому до сих пор неизменно благоволила удача. Так не будем же, дорогой читатель, дразнить эту своенравную спутницу. Меньше всего она склонна изменять тому, кто менее всего на нее рассчитывает. Итак, перед нами встает задача рационального государственного управления. Провинции, наиболее расположенные к торговле и ремеслу - Цзинчжао, Ханьчжун и Уду - затачиваем под них, то же делаем и с провинцией Аньдин, через постройки и поручения максимально забустав ей сельское хозяйство, которая, забегая вперед, несмотря на низкое плодородие, будет кормить всю нашу империю. Столицу лучше всего перенести из Чанани на запад в Цзиньчэн. Во-первых, из соображений безопасности, во-вторых - экономики. К этому моменту уже неважно, есть у вас император или нет. Рано(а скорее рано) или поздно, он сбежит к Юань Шао или Сунь Цюаню, с отцом и братом которого расправится скрипт - все дипломатические плюшки от него мы должны успеть получить до этого момента. Главное - не трогайте его ни в коем случае: не убивайте и не изгоняйте. Пусть ярмо этого решения будет тянуть на себе кто-нибудь из могущественных соперников. Наша же задача - любой ценой привлечь к себе в коалицию Лю Бэя. Он неизбежно попытается заселиться к нам в подбрюшье, создавая свой Западный Шу. Обращаемся с ним максимально милостиво, захватываем/покупаем(пока император был наш) у Хань провинции и дарим их Лю Бэю. Лю Бэй - идельный партнер по опасному бизнесу, глуповатый и преданный. Он обожает глиняных крыс и деревянных собак(я уж молчу про каменных свиней), так что заваливая его продукцией советского игропрома можно поддерживать уже немолодого князя(в локализации почему-то герцога) в состоянии восторга. Очень нелишним будет породниться с ним силами сестры/дочери Юань Шу, но это факультатив. Главное - по возможности не принимать в вашу коалицию больше трех членов(т.е. с вами и Лю Бэем не более, чем еще одного). Но зато этим третьим нелишним может стать как Цао Цао, так и Сунь Цюань(у Юань Шао уже гарантированно есть своя огромная коалиция). Так или иначе, мы можем выгадать себе какое-то время на развитие и раскачку. И теперь только от ваших решений в области экономики зависит, войдете ли вы в первую тройку императоров.

Тут следует немного остановиться на политэкономии. Могущество отдельной фракции в игре нелинейно. Она может иметь много неплохих армий, возглавляемых супергероями, но при этом они будут рассредоточены сразу по нескольким театрам военных действий и на каждом из них, пускай даже временами одерживая победы, они неизбежно утратят контроль над территориями и уже не смогут туда вернуться. Ярчайший пример - компьютерный Лю Бэй, эта Энигма от мира Троецарствия. Если все его земли составляют 2-3 нищих приморских провинции, он может с успехом воевать у черта на куличках в землях маньцев, мобилизовав, видимо, под честное слово, 5-6 полностью укомплектованных армий. Но стоит ему захватить несколько провинций на другом конце света, его войска начнут метаться между ними, и доселе грозная сила будет разбита по частям в одной 2-3 летней кампании, а сам он будет вынужден пойти в шестерки, если конечно, его случайно не зашибут при отступлении. Особая плюшка Юань Шу - механика т.н. "подтверждения легитимности". В начале игры это скорее дебафф, который не дает оперативно нанимать предлагающих свои услуги уникальных сюжетных героев. Существенную пользу эта механика начинает приносить в мидгейме - относительно гарантируя достижение статуса императора. А ближе к концу игры эта штука позволит здорово усилить столицу в плане благосостояния. Уникальное топовое здание(Дворец Династии Чжун) можно строить только одно, а промежуточные версии не такие прибыльные, но такими постройками можно нехило забустать один-два финансово-промышленных центра империи. Да, деньги - кровь войны. В том смысле, что воюющие страны истекают ими, как кровью, хлещущей из перерезанных артерий. Но в мирное время, это кровь экономики. Все свободные средства необходимо вкладывать в развитие без остатка. Конфликтов необходимо избегать любой ценой - для этого нам и нужно забиться в угол и надежно прикрыться крупными соседями-союзниками. Война сама стукнет в дверь, да так, что штукатурка посыпется; однажды придет момент, когда ее не удастся избежать. Но когда это случится, армии, закаленные в сражениях с кочевниками, должны уже стоять на своих местах; города, надежно защищенные в глубине территории, бесперебойно давать продукт; военные хранилища - ломиться от запасов продовольствия. Война не должна стать неожиданностью. Для этого необходимо максимально укрепить горный проход Цзямэн, держать в постоянной готовности, пусть вхолостую, армию в Баси. Так мы обезопасим себя с юга. Эта армия должна быть в любой момент готова выступить на Шанъюн, прикрывая юго-восток. Цзинчжао - прикрыт проходами У и Тун, в самом городе тоже неплохо иметь готовый к маршу резерв лучников/конницы для гарнизонов пограничных крепостей, требующих экстренного усиления. Из-за реки - идеальной транспортной артерии - именно Цзинчжао станет основной ареной боевых действий. Враг будет, пользуясь серьезным численным перевесом, яростно штурмовать укрепленный берег и проход Тун. Тут на сцену должны выйти военно-тактические дарования читателя, я же не буду отдельно касаться темы управления войсками. Игра дает огромные возможности решать одни и те же задачи радикально разными мерами, а потому это вопрос привычки и удобства. Обычно я стараюсь комбинировать, чередовать наступление, оборону и контратаку. Эта доктринальная установка очень сильно отражается на облике армий, по каждой из которых сразу видно, подо что каждая заточена. А потому по отдельности каждая из моих армий сильно утрачивает в универсальности в сравнении с вражескими. Но зато в генеральных сражениях(когда с каждой из сторон выступает минимум по две армии) этот недостаток оборачивается огромным преимуществом, кратно уменьшающим мои потери, спасающим отряды от разгрома с последующим длительным пополнением(гвардейцев, понесших тяжелые потери, придется расформировать и набирать с нуля, что ляжет дополнительным бременем на военный бюджет), а врага - от необходимости платить своим войскам жалование и подвозить продовольствие.

Судьбоносным станет решение о формате государства(и во внутренней и во внешней политике) после того, как будет сокрушен первый сильный враг, которым, как правило, с наибольшей вероятностью становится либо коалиция князей, возглавляемая братом нашего лидера, либо Восточный У. Многие из тех, кто проходит кампанию впервые, попытаются "по умолчанию" просто присоединить эти земли к своей империи, что может стать роковой ошибкой. Дело в том, что при пересечении определенных политэкономических "красных линий", сбор налогов и развитие регионов получают серьезные дебаффы. Грубо говоря, при вхождении определенного количества территорий в единое политическое образование, оно перестает быть экономически эффективным(в силу объективного несовершенства административной и материальной базы). Поймать эту точку, за которой последует каскадное обрушение всего графика, можно только эмпирическим путем - некоторые провинции необходимы как источник ценного ресурса, другие занимают стратегическое положение в военном плане, третьи - являются важными плацдармами для снабжения или торгового транзита. Игроку придется самостоятельно решить, насколько целесообразно присоединение той или иной провинции к империи. Поражение крупнокалиберного врага и переход под нашу власть второй имперской столицы не только принесут политические, как бы мы сегодня сказали, PR очки. Это даст моральное право создать на руинах Хань собственную империю, приглашая в нее как верных союзников, так и могущественных соседей, с которыми у вас минимальное количество пересечений зон интересов. Кроме того, наследство разбитого врага можно поделить между собственными вассалами. Это решение оправдано не только с точки зрения создания "буферных государств". Сильные вассалы, выделенные в отдельные самостоятельные субъекты, будут отвлекать на себя вражеские силы, подтачивать его экономику, а в случае удачи - даже проводить захват территорий, его или его минорных союзников. Иметь среди вассалов более одного княжества(или, как в локализации, "герцогства") не вполне безопасно. Лучшим решением будет иметь одного сильного вассала(как раз "герцога") и множество равносильных вассалов поменьше. В принципе, после перехода под власть игрока(под прямым и опосредованным управлением) трети карты, игру можно считать выигранной - за игрока начнут работать большие числа. Безусловно, интересно посмотреть на агонию оставшихся независимых князей, но интереснее всего, конечно, именно вручную проконтролировать межевание уездов между победителями. При несбалансированном распределении территорий может возникнуть опасность взрыва внутри империи, например, с переходом тлеющих взаимных претензий между вассалами и союзниками в открытый конфликт. Проиграть в этой стадии кампании уже практически невозможно, но посмотреть на формирование границ послевоенного Китая с позиции "над схваткой" - невероятно захватывающее дело.

Каждая кампания уникальна. Повторяя общие очертания политических карт реальной истории, каждая попытка выносит на поверхность новые княжества, новых героев. Но к сожалению, несовершенная механика игры вынуждает нас, максимизируя выгоды тех или иных комбинаций, повторять приблизительно один и тот же алгоритм успеха. Юань Шу - объективно тяжелая фракция, одна из тяжелейших. Посредственный управленец, никакущий военачальник, неверный брат, изгой, пожертвовавший именем своей семьи ради призрачной возможности захвата божественного титула через банальный обман, ставший возможным благодаря случайности. Обуреваемый тщеславием и ослепленный самомнением, заслужил ли он посвященные себе строки в бессмертном романе? Судить не нам. Мы можем, взяв кисть, переписать роман своей рукой. Наделить Юань Шу несвойственными ему качествами, раскрыть в нем неожиданные таланты, проявить чуждые ему чувства. Окружить его плотной стеной верных друзей и родных, заключить от его имени выгодные соглашения, примириться от его лица с братом и семьей. Разгромить могущественных врагов и обрести надежных союзников, объединить земли Китая и установить на них вечный мир. Вечный мир под счастливой звездой династии Чжун, что сумела поднять Поднебесную, почти было выпавшую из одряхлевших рук Ханьского дома, в бездну хаоса.